Месяц: Март 2020

Как удержать внимание читателя в эпоху digital?

Автор подкаста Fabula Rasa о текстах и их подаче

Яна Семёшкина — филолог, журналист, ведущая подкаста Fabula Rasa, автор образовательных курсов по литературе.

В беседе с «Журналистика. Закулисье» Яна рассказала, как зацепить читателя и сохранить его внимание. 

— Вы работали в тонком литературном журнале It BOOK, который, к сожалению, не просуществовал долго. Скажите, насколько сегодня вообще популярны «умные тексты»? Стоят ли они тех трудов и усилий, которые в них вкладываются? И если нет, то стоит ли продолжать уделять им время?

— Запрос на сложность и интеллектуальность был всегда. Вы верно заметили, что текст, через который приходится «продираться», может отпугнуть читателя. Но может и привлечь, заманить своей элитарностью, особостью. Сложный, умный текст — это вызов и проверка на прочность. Момент, когда он начинает поддаваться, трескается и растекается внутри читателя, несравним ни с чем.

Момент преодоления себя, момент концентрации — это качественные изменения в сознании, текст может творить с нами самые разные вещи: наделять энергией и вытягивать ее, ранить и лечить, манипулировать и учить мыслить независимо.

Чтение сложных текстов — выгодная инвестиция в себя. Так, вы развиваете навык критического мышления, выносливость и способность к концентрации. Журналисту сложные тексты дают возможность развивать свою аудиторию, формировать ее вкусы, а не идти на поводу.

— А насколько важна сегодня форма? Нужно ли сопровождать текст видео-, аудио- и фото-материалами? Думать об инфографике, интересной верстке материала?

— Сегодня преобладающая модель на медиарынке выглядит так: “бесплатный контент — в обмен на ваше внимание и время”. В современном мире время и внимание — самые ценные ресурсы. Чтобы потенциальный читатель провел с вашим текстом как можно больше времени, нужно сделать из контента аттракцион, задействовать все органы чувств аудитории. С этим связан тренд на эмоциональный сторителлинг в текстах. У нас есть 3 секунды, чтобы привлечь внимание читателя. Инфографика, верстка, элементы аудио и видео — могут здорово в этом помочь, но добиться такого эффекта можно лишь  при помощи сильного, выверенного текста.

— Вы создали блог в Инстаграме, а затем выпустили подкаст. Скажите, вы изначально где-то училась этому, или же «учились на ошибках»?

— Помимо филфака МГУ, я закончила Академию Журналистики “Коммерсантъ”. Академия — прекрасное место для тех, кто хочет совершить качественный скачок в профессии. Со мной так и получилось — я начала вести книжный блог и запустила свой подкаст. Я понятия не имела, как создаются подкасты, не умела монтировать, не знала даже, что такое «хостинг». Во всем разбиралась сама. Весь процесс подкастинга до сих пор сосредоточен на мне. Я и редактор, и продюсер, и звукорежиссер, и монтажер, и ведущая. Отвечаю за качество каждого этапа продакшна и постпродакшна. Учусь на собственных ошибках.

—  Мы сегодня многое делаем, чтобы привлечь читателя, но остается вечный вопрос: должен ли текст быть назойливым или текст сам находит своего читателя мистическим образом? И касается ли это лишь литературных произведений?

— «Качественный контент сам себя продвигает» — это жестокий миф. Любому контенту нужна маркетинговая упаковка, реклама и продвижение. Особенно сегодня, в эпоху перепроизводства текстов. Конкуренция за внимание аудитории слишком высока, чтобы привлечь читателя, нужна продуманная маркетинговая обертка, чтобы удержать его — полезный и качественный контент.

— Можете рассказать о том, какие маркетинговые обертки для своих текстов выбираете вы? Как выглядят, например, курсы по литературе, или же посты в Инстаграме?

– Я пишу очень простые, понятные тексты. Избегаю прилагательных, помню о структуре и композиции. Прежде чем открывать текстовый редактор, я должна определиться: что пишу, для кого, и зачем. Главное — поставить сильную цель и отрезать от поста все лишнее. Текст с сильной целью стремится изменить что-то в читателе. Не развлечь, не отвлечь — а именно изменить. Сначала я записываю в черновике: какая перемена должна произойти после того, как читатель дойдет до точки. Важно держать цель в голове, не отвлекаться от нее. 

Если говорить о трендах в копирайтинге и блогах, то это, по-прежнему, сторителлинг. В социальных сетях прижился формат мини-историй, рассказы длиною 1000 –1500 символов. Три типа историй, которые пользуются популярностью в Instagram: «квест», «из грязи в князи» и «короткий забавный случай». Начинать историю лучше коротким предложением. Например: «По горячим следам». Это затягивает. Второе предложение чуть длиннее первого. А третье — ещё длиннее. Заодно создаётся вовлекающая динамика. 

— Вы начали работать над собственной книгой. Если с продвижением текстов в Сети все понятно, то как дела обстоят с книгами? Как, например, планируете продвигать свое произведение?

– Для меня книга — это масштабный проект и большая мечта. К каждому этапу ее создания я подхожу тщательно, потому что это часть меня. Я активно делюсь процессом работы над книгой в своем блоге, открыто рассказываю о трудностях, прокрастинации, о страхе перед первым черновиком, который, как правило, всегда получается плохим. У меня в сторис есть сериал о том, как я пишу книгу — там отражены все этапы от задумки, до заключения контракта с издательством. Я сознательно делаю из процесса письма реалити-шоу, сериал, который можно посмотреть в Инстаграм, то есть “прогреваю аудиторию”.

Также я запускаю сериал в формате подкаста Fabula Rasa с дневниковыми аудио заметками о том, как я пишу, каковы мои писательские ритуалы, какие приложения и техники использую, успеваю ли закончить рукопись в срок. Причем интрига остается открытой: я то иду четко по графику, то сбиваюсь с него. То есть мы снова возвращаемся к формату реалити-шоу, моя аудитория становится соучастниками процесса, я погружаю их во все нюансы, мои слушатели ждут книгу и переживают за нее так же сильно, как  я сама.

Беседовала София Франк

Назгуль Кенжетай о специфике военной журналистики

24-летний журналист рассказала о фоторепортажах из Алеппо и цензуре в военное время

Назгуль Кенжетай – международный военный корреспондент, фотограф и самый молодой европейский журналист из Казахстана. Она делает фоторепортажи из горячих точек и пишет аналитические обзоры о мировой политике на турецком и английском языках. Сейчас Назгуль работает в Турции, где сотрудничает с Anadolu Agency, The Independent Turkish, CNN turk, Agency France Press, BBC Turkish и другими СМИ.

В беседе с «Журналистика. Закулисье» Назгуль рассказала о том, как стала военным журналистом, в каких горячих точках успела побывать, цензуре в военное время и многом другом. 

– Назгуль, как вы стали военным корреспондентом?

– Родом я из Кызылорды. После окончания школы выиграла образовательный грант и уехала учиться в Турцию. В университете выбрала направление «Военно-политическая журналистика», включавшее традиционное теоретически ориентированное лекционное обучение. Основные дисциплины в военно-политической журналистике — психология, религия, экстремизм и терроризм, политика, дипломатия и, конечно же, иностранные языки. Я действительно стала много времени посвящать изучению мировых конфликтов, религий и методов пропаганды.

Возможно, я бы не пошла в этом направлении, если бы мои педагоги не поддерживали меня и не ставили высокие оценки за мои труды, тем самым мотивируя.

После окончания учебы я стажировалась в европейских информационных агентствах, специализирующихся на военно-политической журналистике, где поняла, что готова работать в горячих точках. Так, впервые в 2016 году в 21 год поехала в Сирию, а именно в Алеппо.

– А легко ли попасть журналисту в зону военных действий? Как, например, вы попали в Сирию?

– Нет, конечно, нелегко. Потребовалось около года, чтобы мне дали разрешение отправиться в Сирию. Я обращалась в разные международные инстанции, в числе которых ООН и ЮНИСЕФ, однако все было тщетно. Точнее, я получила от них ответ, но очень поздно. Также обращалась в парламент Турции с просьбой поддержать мою кандидатуру, и тоже безуспешно. Тем не менее, я не сдавалась и начала стучаться в двери разных СМИ и, наконец, несколько изданий решились посодействовать мне и поспособствовали в получении аккредитации. Замечу, что все финансовые расходы на поездку и пребывание там оплачивала из личных средств.

– Где вы еще успели побывать, в каких зонах конфликта?

– Ливан, Украина, Сирия, если коротко – Ближний Восток.

– Какими качествами и навыками должен обладать военный корреспондент?

– Если журналист неплохо разбирается в психологии терроризма, религии и экстремизме, владеет навыками дипломатии, то вполне может стать фронтовым корреспондентом. Физическая подготовка имеет второстепенное значение. Конечно, рекомендуется быть ловким и шустрым, а самое главное – логичным в своих поступках.

– В одном из своих интервью вы также говорили о том, что современный журналист должен уметь не только писать, но и фотографировать, снимать видео, монтажировать. Расскажите, почему вы выбрали жанр фото-репортажей?

– Потому, что фотография – очень простой метод донесения информации. В ней нет ничего сложного, взять в руки фотоаппарат и снимать происходящее под силу каждому. А главное, что фото быстрее доходит до людей, чем статьи.
– Меня в свое время поразили репортажи Хемингуэя. А кто для вас лучший военный корреспондент? Чьи имена можете назвать?

– Фотожурналисты Джоди Бибер, Реза Дегати и  Бюлент Килич. Они делают больше, чем просто фото. Мне посчастливилось встретится с ними, побеседовать и даже получить ценные советы.

– В заключение хотела бы узнать ваше мнение о цензуре в военное время. Имеет ли она место быть?

– Конечно, цензура есть везде. Вы не можете использовать каждый материал по своему желанию. Мы не должны забывать об этической проблеме. Политические интересы стран в военное время и другие аспекты сосредоточены на вопросе цензуры. Работ, которые не подвергаются цензуре, очень мало.

Беседовала София Франк